Екатерина Гершензон: «Я бы умерла от скуки, но на полке обнаружила толстенный том Золя»

Совсем в раннем детстве было две книжки — как раз на верхних полках — которые меня совершенно завораживали: “Альманах библиофила” и “АлгЕбра и начала АналИза” (АлгЕбра была, понятное дело, прекрасная принцесса, а АналИз — принц, и наверняка еще должна была быть книжка “Продолжения АналИза”). Большая, удача, конечно, что я не смогла до них добраться — разочарование было бы ужасным.

Когда я училась в первом классе, из школы я шла не домой, а к бабушке с дедушкой, где меня самым обидным образом укладывали поспать днем, причем в комнате, где были только дедовы книги по авиации. Я бы наверное умерла от скуки, но на самой нижней полке чудом обнаружила толстенный том Золя и несколько номеров “Нового мира”, в которых прочла “Беги, кролик, беги” Апдайка и “Над кукушкиным гнездом” Кена Кизи. Все три книги произвели на меня сильнейшее впечатление (про что я там поняла, говорить не будем). Золя я с тех пор в руки не брала и не возьму, “Кролика” потом читала, а Кена Кизи не забуду никогда.

У нас в семье совсем не было принято кому-то что-то не разрешать читать, родители только просили нас не читать в метро самиздатовские книжки или хотя бы их оборачивать. Поэтому те два комических эпизода, когда нам что-то не давали, я запомнила. В Малаховке, где рядом с нами жило много друзей, у кого-то завелись “Унесенные ветром”. Первый том я прочла, а второй из каких-то непонятных соображений мне читать не разрешили. Это была какая-то дикость, интересно же, поэтому я просто у кого-то его утащила, а потом вернула. Ничего такого, кстати, там не обнаружилось. А еще в той же Малаховке по рукам ходил полузапрещенный политический детектив Тополя и Незнанского под названьем “Журналист для Брежнева” в виде перепечатанных на машинке листочков. Когда он оказался у нас, мои родители вынули несколько страниц с какими-то неподобающими сценами, а остальное дали мне почитать. Я нашла страницы, все прочла, потом опять их вытащила и дала почитать приятелю. Он страницы нашел, все прочел, потом вытащил и дал моему младшему брату. Наверное, все малаховские дети в то лето его прочли, причем без купюр. Историю помню, а что было на этих разрешенных и запрещенных страницах — хоть убей.

Отрывок из книги Джудит Керр «Как Бог съел что-то не то»

В сложившейся ситуации нам кажется важным говорить с детьми и подростками о войне и разделять их чувства, помогать переживать эмоции. Публикуем отрывок из книги Джудит Керр «Как Бог съел что-то не то». Нам кажется, в нем очень хорошо показано, что чувствуют люди в стрессовой ситуации, как по-разному ведут себя в случае опасности.

Белая ворона или Черная овца?

В «Черной овце» мы делаем горючую смесь из мемуаров Сельмы Лагерлёф, пародийного британского фэнтези Мела Пита, экологического триллера Майи Лунде, писем Туве Янссон и многого другого. В общем, «Черная овца» издает захватывающие, неожиданные и непохожие друг на друга книги.

Кирилл Захаров о готовящейся книге «Ученики Малевича рисуют для детей»

В конце 2022 года в «Белой вороне» выйдет книга историка детской литературы, редактора и критика Кирилла Захарова о книжной иллюстрации учеников и последователей Казимира Малевича.